|
КОММЕНТАРИИ
Сборники своих пьес Блок издавал трижды - в 1908, 1916 и 1918 годах. В
последние годы жизни Блок планировал наиболее полное издание своего
"Театра", которое, однако, при жизни поэта осуществлено не было.
Драматические произведения Блока печатаются в настоящем издании по т. 4
Собрания сочинений А. Блока в 8 томах с проверкой и правкой по сборнику
"Театр" 1918 года (и правленной Блоком корректуре этого издания, Институт
русской литературы АН СССР, Ленинград) и ряду разрозненных публикаций
1918-1921 годов.
Незнакомка
Печатается по тексту сборника "Театр" (1918).
Эпиграфы к драме взяты из романа Достоевского "Идиот". Текст эпиграфов
относится к главной героине романа Настасье Филипповне.
Рукописное заглавие драмы - "Три видения" - помогает увидеть в
"Незнакомке" перекличку с поэмой Вл. Соловьева "Три свидания",
рассказывающей о чудодейственных явлениях герою олицетворенного идеала
красоты, мудрости и абстрактной "женственности". Сопоставление эпиграфов из
Достоевского с таким обращением к Вл. Соловьеву дает понять, что драма
предлагает не повторение мотивов "Прекрасной Дамы", а антитезу им (ср.
воспоминания о Блоке Н. А. Павлович, Блоковский сборник, Тарту, 1964, стр.
485).
К драме "Незнакомка" Блок приходит через "Балаганчик". Как и
"Балаганчик", эта драма тесно связана также с более ранним одноименным
стихотворением, необычайно дорогим Блоку.
"Дьявольский", но возвышенный женский образ в стихотворении
"Незнакомка" многие понимали как поэтизацию ресторанной "дамы полусвета", и
в своей драме (см. также доклад "О современном состоянии русского
символизма", т. 5 наст, издания) Блок обнажает важную для него антитезу
"быта" и "запредельности". Для взаимоотношений Блока с его окружением крайне
характерно, однако, что драму, исключающую "пикантное" толкование образа
Незнакомки, публика встретила сравнительно холодно (см. также примечания к
стихотворениям "Незнакомка" в т. 2 и "В ресторане" в т. 3 наст. издания).
Такую судьбу драмы определило, возможно, и углубление блоковской
сатиры. В имевшем шумный успех "Балаганчике" социальныи, а не только
кружковый пафос ощущался лишь немногими, а в "Незнакомке"
социально-критическая тенденция очевидна. Интересно в связи с этим резкое
изменение роли масок у Блока. Традиционные образы Арлекина - Пьеро -
Коломбины поднимали коллизии "Балаганчика" до уровня мировой драмы. В
"Незнакомке" же "вылитый Верлэн" и "вылитый Гауптман", которых автор увидел
в завсегдатаях ресторана как бы глазами "не чуждого культуре" обывателя,
выполняют обратную функцию. Эти уподобления тоже являются своеобразными
театральными "масками" и имеют даже более прямое, чем маски "Балаганчика",
"литературное" происхождение. Но задача этих "масок" - предельно снизить
образ "цивилизованного горожанина" (культура которого, впрочем, не только
опошляла "антибуржуазные" ценности декадентского искусства, но по иронии
судьбы сама была питательной почвой для декаданса). Осознавая "Незнакомку"
как преддверие к своим произведениям отчетливо общественной проблематики,
Блок говорил: "Если б я не написал "Незнакомку" и "Балаганчик", не было бы
написано и "Куликово поле" (см. воспоминания о Блоке С. Соловьева в книге
"Письма Александра Блока". Л., 1925, стр. 36).
С. Небольсин
|
