 |
|
|
|
Биография
16 ноября 1880 г. Александра Андреевна Блок, третья дочь ректора Санкт-Петербургского университета А.Н. Бекетова, родила сына – Александра. Всё своё детство – он всеобщий кумир и баловень, жизнь оборачивается к нему сияющими, ласкающими красками. И в самом деле, его биография была на поверхностный взгляд необыкновенно счастливой, безоблачной... |
![]() |
|
|
|
|
|
|
|
Автобиография
Семья моей матери причастна к литературе и к науке. Дед мой, Андрей Николаевич Бекетов, ботаник, был ректором Петербургского университета в его лучшие годы (я и родился в "ректорском доме"). Петербургские Высшие женские курсы, называемые "Бестужевскими" (по имени К. Н. Бестужева-Рюмина), обязаны существованием своим главным образом моему деду... |
|
|
|
|
|
|
|
|
Патология любви
Так получилось, что Александр Блок родился в уже распавшейся семье. Много позже, когда его обвиняли в излишней нервозности и буйности, он отвечал: «Должно же мне хоть что-то остаться от отца…» Потом его мать все-таки вышла замуж второй раз — за гвардейского офицера Франца Кублицкого-Пиоттух. С одиннадцати лет Сашура (так дома называли Блока) стал ходить в гимназию. Когда в первый же день родные расспрашивали, что больше всего поразило его в гимназии, Блок ответил коротко: «Люди».
|
|
|
|
|
|
 |
| |
|
|
|
Переводы. Праматерь. |
|
|
|
Праматерь
Франц Грильпарцер
Берта
Сладко спи, отец мой добрый!
Пусть взращенные тобою
На пути моем цветы -
Лягут пышными венками
На челе твоем усталом: -
Буду я его супругой,
Звать своим могу его??
То, что было лишь мечтаньем,
Высшим счастием маня,
Как из рога всех обилий
Сыплет цветом на меня.
Мне все непонятно,
Я сама - непонятна;
Все твердит и поет лишь о нем.
Расскажу я и тучам,
И ветрам могучим,
Чтобы весть разнесли о милом моем.
И в доме тесном
Мне мало места,
Скорей на вышку! Дом стал тюрьмой!
На темной ступени
В томной лени
Будить молчанье тьмы ночной!
Приди, мой милый,
Тебе вручила
Я жизнь и радость, тебе отдам.
В час блаженный,
Сокровенный
Прильни устами к моим устам.
(Уходит. Пауза.)
Часы бьют восемь ударов. С последним ударом гаснут свечи; порыв ветра
проносится по комнате; буря воет за окнами, и в страшном шелесте -
Праматерь, совершенно сходная с Бертой лицом и одеждой, отличаясь от нее
лишь волнующимся покрывалом, появляется около кресла спящего графа и скорбно
склоняется над ним.
Граф (в тревожном сне)
Прочь от меня! - Прочь! - Прочь!
(Просыпается.)
А, ты здесь, со мною, Берта?
Это был тяжелый сон.
На душе еще тревожно.
Вновь возьмись за арфу, Берта,
Слушать музыку мне надо.
Призрак выпрямился и неподвижно смотрит на графа широко раскрытыми, мертвыми
глазами.
|
|
|
|
|
|
